Валерий Рашкин: В законе четко прописано у нас: дополняется первый абзац статьи 354, которая говорит, что "отрицание фактов, либо одобрение преступлений, установленных в Нюрнберге приговором международно военного трибунала от 1 октября 1946 года, распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны, а равно приравнивание политического режима СССР к политическому режиму нацистской Германии, либо утверждение превосходства последний, совершенное публично".
Есть условия, которые говорят: пожалуйста, научной работой занимайтесь. Кто вам запрещает писать как ученому, как профессору, как академику, как доктору? Никто не запрещает, надо читать законы. Но мы говорим о том, о международной обстановке, которая создается специально недругами нашей страны, чтобы лишить правопреемства Российской Федерации великой державы СССР в части права на победу, права на территории, которые были закреплены Нюрнбергским процессом и договором после войны в 1945 году, тот же самый остров Сахалин, тот же самый Калининград, и лишить права Российскую Федерацию на защиту помимо территорий еще и права оспаривания. Вот это я как юрист, как правовед вижу, что это нельзя ни в коем случае допустить. А в нашей стране уже ползучий процесс охаивания моего отца в том числе. Я сын своего отца, который с 1942 по 1946 год воевал, который завершил в Китае войну.
Михаил Соколов: Валерий Федорович, давайте мы дадим возможность возразить. Вы изложили концепцию закона, про родственников, может быть, мы дальше поговорим. Андрей Борисович, концепция – "охаивают, хотят отнять победу" и так далее. Коммунисты, наверное, хотят приватизировать красное знамя и идти с ним на выборы.
Андрей Зубов: В аргументах господина Рашкина я вообще не услышал никакой системы – это хаос, в нем нет логики внутренней. Если нельзя приравнивать, чтобы не отобрали Кенигсберг, то это абсурд. Нельзя приравнивать, если действительно нет в этом равенства, а если равенство есть, то страшно. Потому что что-то отберут и что-то пересмотрят, тогда это другой разговор.
История не продажная девка ни коммунизма, ни империализма, она совершенно независимая наука. И если в политических моделях нацистской Германии и Советского Союза есть общее, оно, безусловно, есть – это два тоталитарных режима с очень похожими методами деятельности, это зафиксировано в самих высказываний и Гитлера, и Сталина в период их сближения, особенно во время подписания пакта Молотова – Риббентропа, то глупо даже об этом спорить. Да, эти режимы очень похожи, они близки, они отвратительны одинаково, они уничтожили людей немерено, я не знаю, какой уничтожил больше.
В этом смысле то, что за спиной господина Рашкина мы видим флаг Советского Союза – это примерно то же самое, если бы за спиной какого-нибудь депутата Бундестага висел бы красно-черно-белый флаг со свастикой Третьего Рейха. После этого, конечно, меня господин Рашкин посадит на 10 лет, но я, тем не менее, считаю, что это возмутительно, это вызов всем тем, кто прекрасно понимает всю преступность коммунистического режима в целом и сталинского его периода, в частности.