Недели две назад встретил свою классную — бодрую такую еще–не–старушенцию Аркадию Сергеевну. Преподавала она русский язык и литературу.
— Здрасьте, Аркадия Сергеевна.
— А, здравствуй, , — расцепила тонкие губы педагог. — Как дети?
— Да ничего, спасибо. Женя убеждает нас, что первого сентября уроков не будет... Как войну пережили, Аркадия Сергеевна?
Аркадия Сергеевна оглянулась по сторонам, и приблизилась ко мне.
— Все только начинается, — тихо сказала она. — Я знаю. Информация достоверная.
— Да?
— Да, — снова беглый взгляд по сторонам. — ЭТИ тут долго не задержатся. Устроили здесь спектакль гуманитарный... А ты как сам? В СБУ не водили?
Я смотрел в ее арийские голубые глаза, и подбирал фразу.
— Я — за Украину, Аркадия Сергеевна. Это моя родина. И я ее люблю.
Аркадия Сергеевна заморгала, покраснела, что–то хотела сказать, затем наклонила голову, развернулась через левое плечо и заспешила прочь.