Борис Соколов, российский историк, специально изучавший тему потерь Красной Армии во Второй мировой войне, отметил в одной из работ, насколько выросло вдруг количество убитых и раненных, когда РККА вступила в Восточную Пруссию. Начиная с 42 года, по мере того, как советские войска учились воевать, а в некоторых видах войск (например, ВВС) получили полное господство, исчезала дикая диспропорция в количестве убитых и раненных у противоборствующих сторон, которая отмечалась с начала противостояния. И вдруг в 45-м, после вступления Красной Армии в Восточную Пруссию, - сильнейший прыжок показателя потерь. Что же случилось?
Соколов связывает это явление однозначно с поведением советских солдат на захваченной немецкой территории. Отбивая обратно некоторые населенные пункты, немцы встречали там картины такого зверства по отношению к мирному населению, которое буквально удваивало их силы и готовность жертвовать собой ради защиты своего дома.
Понимаю, что для приблатненной шушеры, руководящей сегодня Лугандоном (как и для плешивого шпанюка из Кремля), все эти рассуждения слишком сложны. В их уличной системе ценностей унизить противника - непременное условие победы. Но в большой политике это не работает так, как в подворотне или на зоне для малолеток. Здесь часто результат бывает противоположным. Так что, напрасно вы унижали сегодня пленных украинских солдат. Скоро увидите, пидары гнойные, насколько это было напрасно.