После всего увиденного и пережитого этой ночью сил нет даже на эмоции...

Сегодня ночью на моих руках умер человек... Его звали Игорь. Игорь успел рассказать врачам, что из рук беркутовцев его, уже избитого до полусмерти, вырвал пожилой милиционер. Он отвел Игоря подальше от заграждения и сказал, чтобы шел домой... Он не знал, что через несколько метров Игоря добьют титушки.... Но сначала они забрали у Игоря документы и деньги... Потом начали бить... Они не били по голове. Они били в пах, в живот и по почкам. Били ногами и железными прутами... Когда надоело, стали бить по голове... В больницу Игоря привезли случайные люди, когда уже светало (они его увидели лежащим на обочине).. Игорь умер под капельницей... Умер тихо... Я даже не сразу поняла, что он умер и продолжала говорить ему какие–то успокаивающие слова...

Слезы душат и писать нет сил... Да и о чем... Тот, кто действительно хочет знать, уже знает достаточно о том, что произошло в Киеве вчера днем и сегодня ночью...

Но есть важное, о чем еще нужно написать... В больницах (особенно в 17–й) очень много раненных... Врачи (честь им и хвала) работают без отдыха... Очень нужна кровь (!)... Можно сдать в клинике имени Амосова, в Охматдете, на станции переливания крови и еще в нескольких больницах.

И еще. Когда я уходила домой, в больницу привезли милиционера, который пытался защитить от титушек двух митингующих. Титушки его ударили с затылка... Пока ему делали перевязку он рассказал, что десятки уголовников, которых в Киев свезли власти, явно находятся "под кайфом". Он все время повторял: "Зачем же так? Зачем же так? Зачем же так?"...

Ничего кроме боли сейчас не чувствую... Нет. Еще я чувствую ненависть... Но об этом потом...

Сейчас, наверное, лучше пойти в Охматдет (эта больница находится ближе всего к моему дому) и сдать–таки кровь... Хотя я очень боюсь самого процесса забора крови... Правда, просят, в основном, 2 (–), а у меня 1 (0)... Но, может быть, пригодится... Правда не знаю, можно ли сдавать кровь после приема успокоительного.

И последнее... Я никогда не умела указывать людям на дверь, но сейчас не считаю возможным оставаться даже виртуальным другом тем, кто позволяет себе ерничать по–поводу происходящего в Украине, кто позволяет себе оскорблять людей, восставших против окончательно зажравшейся власти.
Если решите сами исключить меня из числа друзей — обиды не будет. Считаю, что нет смысла продолжать общаться с людьми, которые совершенно иначе воспринимают мир.