Свіжа історія від знайомої з Донецька:
"Хочется уехать и никогда не возвращаться.
Сегодня я впервые в жизни столкнулась с ситуацией ‘me against the crowd’. Толпой агрессивной. По-настоящему, без шуток.
Я ехала на работу в троллейбусе Донецка с ленточкой желто-голубого цвета на сумке. Я так хожу уже почти месяц. Меня пару раз обозвали фашисткой, отказались продавать продукты в магазине, но это все – мелочи. Сегодня я видела искаженное зомбо-яростью лицо этого места.
Началось все с тетеньки 40+, которая начала громко причитать о просранных мозгах молодежи, которая не хочет учиться и работать, а лишь бы майдаунить. Ей начали вторить такие же уставшие от жизни рабы, и уже через минуту половина троллейбуса мне рассказывала о гейропе, Донбассе, который кормит всю Украину, и прелестях обьединения с Россией-матушкой. Не уверена, что это был инстинкт самосохранения, но я молчала. В наушниках играло «Hej, hej, sokoły, omijajcie gory, lasy, doły..», в Киев уже завтра, ссориться не хотелось. В какой-то момент тетке стало ясно, что так просто меня не возьмешь, и надо переходить к активным действиям. Буквально за 30 секунд я стала лично виноватой в снесении памятника Ленину, осквернении ворот КМДА, провокациях против Беркута возле АП, да и в целом продажной шлюхой. Я до сих пор в растерянности – европейской или нацистской, хотя какая уже разница? Народ улюлюкал и поддакивал. Никто, я подчеркиваю, никто за меня не заступился, мол оставьте девочку в покое. Я молчала.
Тетка резко сорвала с сумки мою ленту и начала топтать на полу троллейбуса. Втаптывать в грязь полурастаявшего снега флаг моей страны. Как-будто от этого зависело ее личное будущее. Как-будто Украина как государство принесла ей личное горе.
Ей помогали. И радовались, как-будто Новый Год наступил на неделю раньше. Кто меня хоть немного знает, поймет, что тут я не могла не сорваться.
Мой крик «Что же вы делаете, это же флаг государства, частью которого вы тоже являетесь?!!» я слышала со стороны. Я смотрела в лицо толпы, которая готова растерзать. Ей завтра было бы стыдно, но сегодня меня бы не стало. Меня спросили: «Сама выйдешь или помочь?». И два крепких мужика вытолкали меня из троллейбуса на ближайшей остановке.
О том, что по такому делу теоретически можно обратиться в прокуратуру, я поняла спустя пару часов. Но на той же долбанной остановке я поняла, что я не в своей стране, я во вражеской стороне. Я не знаю, как это вылечить, ведь дети воспитываются так же. Это гангрена, которую можно только ампутировать, пока не поздно.
Хочется уехать и никогда не возвращаться".
PS. Я правда змушую себе читати й дивитися про мирні протести Ганді... Це нелегко.