Ситуация в Мали - это начало зачистки всей Франсафрики от российского влияния.

Но для местного население все это лишь смена направлений экспорта золота из Мали и урана из Нигера - не более того.

Вопрос лишь в формате неоколониализма: российского или западного.

Простыми словами, кто станет бенефициаром местных природных ресурсов путем контроля национальных политических элит.

Местное население ничего не получало от добычи природных ресурсов, что при французах, что при россиянах.

Но здесь наблюдаются и более значимые тенденции.

События в Франсафрике - это повторение сирийского сценария.

С начала нулевых для контроля за своей сырьевой периферией в виде развивающихся стран, Запад делал ставку на "демократические правительства", которые свергали местные "суверенистские диктатуры" в ходе "народных, уличных революций".

Но оказалось, что такие новые элиты, состоящие из выпускников двухнедельных летних курсов в Гарварде или Оксфорде, приходя к власти, не в состоянии ее удержать.

Это приводит к тому, что такие страны становятся частью экспансии РФ и/или Китая.

Поэтому Запад снял белые перчатки и начал делать ставку не на выпускников летних гарвардских курсов, а на выпускников летних военных полевых лагерей, то есть либо на религиозных фундаменталистов, либо на националистов.

Например, Ближний Восток: курды - националисты, Хайят Тахрир аш-Шам - фундаменталисты.

Франсафрика: туареги - националисты, Джамаат Нусрат аль-Ислам валь-Муслимин» (JNIM) - фундаменталисты.

Кстати, и ХТШ в Сирии, и JNIM в Мали - это "осколки" Аль-Каиды.

То есть ставка не на грантовых "задротов", а на ребят с непростой судьбой.

По сути, Запад формирует несколько националистических и фундаменталистских буферов в Северной Африке и на Ближнем Востоке в качестве "волков войны" для сдерживания РФ и Китая.

"А как это согласуется с гуманитарной идеологией ЕС"? - спросите вы.

"А никак", - отвечу я.

Прагматичный интерес безопасности оказался для Европы важнее прав африканцев и сирийцев.

Кущ