Мировой порядок Си Цзиньпина умер вместе с Хаменеи.

В течение многих лет Китай пытался усидеть на двух стульях на Ближнем Востоке. Он хотел хороших отношений с проамериканскими странами Персидского залива, одновременно сохраняя связи с Тегераном. Хотел, чтобы Америка была втянута в бесконечные региональные кризисы, но без хаоса, который привел бы к резкому росту цен на энергоносители.

Война Трампа против Ирана выявила хрупкость этой стратегии и стала стратегическим шоком для Пекина.

Главная проблема для Китая проста. Иран никогда не был просто ещё одним партнёром. Он был поставщиком дешевой энергии, полезным инструментом противодействия США и символической частью более широких усилий Си Цзиньпина по построению мира, менее зависимого от Вашингтона. Атака Трампа на Иран ослабило этот ресурс, выявило неспособность Пекина защитить его и дала понять Си Цзиньпину, что в конечном итоге жёсткая сила по-прежнему правит миром.

Китай не является той державой, которая может решающим образом влиять на события в других регионах. А США способны. Когда Вашингтон решает действовать силой, он может захватить президента, убить лидеров, угрожать режимам и в одночасье перестроить свои стратегические цели. Пекин может осуждать и уклоняться от ответа. Но он не может это остановить.

Иран предоставлял Китаю рычаги влияния в регионе, не заставляя Китай платить за это большие деньги. Он стал частью геополитического фонового шума, который затруднял Вашингтону возможность в полной мере сосредоточиться на Азии.

Китай по-прежнему сильно зависит от импорта нефти, значительная часть которой поступает из стран Персидского залива. Любые длительные перебои в работе Ормузского пролива нанесут удар по китайской экономике в самый неподходящий момент, поскольку Пекин уже борется с низким уровнем потребления, спадом на рынке недвижимости и проблемами с внутренней задолженностью.

Если же удары Трампа ослабят Иран и его сеть посредников, не втягивая США в очередную бесконечную оккупацию или региональную трясину, то Китай потеряет один из тех самых механизмов, которые изначально способствовали истощению американских ресурсов.

Китай избегает ловушек альянсов и чрезмерного военного сотрудничества, которые обременяют США. Но в такие моменты это также выявляет очевидную слабость: Пекин выглядит не столько поставщиком безопасности, сколько очень сторонним наблюдателем.

США демонстрируют, что на самом деле означает быть сверхдержавой, а именно — способность добиваться результатов военной силой по всему миру.

Одна из основ стратегии Си Цзиньпина, заключалась в том, чтобы Китай создал достаточную экономическую устойчивость, дипломатический потенциал и внешние партнерства для противодействия санкциям, которые последуют за любыми действиями в отношении Тайваня.

Иран и Россия имели значение в этом плане не как силы, которые будут воевать на стороне Китая, а как часть более гибкой системы, способной помочь Пекину пережить санкции, обеспечить его энергоносителями и осложнить коалиции под руководством США.

Если Иран ослабнет, будет еще больше изолирован или дестабилизирован, эта система станет менее надежной.

Си Цзиньпин хочет видеть мир, в котором Китай формирует порядок. Но война показывает, что у США всё ещё много возможностей для его разрушения.