В тяжкий решительный час переворота и дней, непосредственно 24
за ним следующих, Временный революционный комитет вынужден был предпринять целый ряд мер против контрреволюционной печати разных оттенков.

Немедленно со всех сторон поднялись крики о том, что новая
социалистическая власть нарушила, таким образом, основной принцип
своей программы, посягнув на свободу печати.

Рабочее и Крестьянское правительство обращает внимание
населения на то, что в нашем обществе за этой либеральной ширмой
фактически скрывается свобода для имущих классов, захватив в свои
руки львиную долю всей прессы, невозбранно отравлять умы и
вносить смуту в сознание масс.

Всякий знает, что буржуазная пресса есть одно из
могущественнейших оружий буржуазии. Особенно в критический
момент, когда новая власть, власть рабочих и крестьян, только
упрочивается, невозможно было целиком оставить это оружие в руках
врага в то время, как оно не менее опасно в такие минуты, чем
бомбы и пулеметы. Вот почему и были приняты временные и
экстренные меры для пресечения потока грязи и клеветы, в которых
охотно потопила бы молодую победу народа желтая и зеленая пресса.

Как только новый порядок упрочится, – всякие
административные воздействия на печать будут прекращены, для нее
будет установлена полная свобода в пределах ответственности перед
судом, согласно самому широкому и прогрессивному в этом отношении
закону.

Считаясь, однако, с тем, что стеснение печати, даже в 25
критические моменты, допустимо только в пределах абсолютно
необходимых, Совет Народных Комиссаров постановляет:

Общее положение о печати
1) Закрытию подлежат лишь органы прессы: 1) призывающие к
открытому сопротивлению или неповиновению Рабочему и
Крестьянскому правительству; 2) сеющие смуту путем явно
клеветнического извращения фактов; 3) призывающие к деяниям явно
преступного, т.е. уголовно наказуемого характера.

2) Запрещения органов прессы, временные или постоянные,
проводятся лишь по постановлению Совета Народных Комиссаров.

3) Настоящее положение имеет временный характер и будет
отменено особым указом по наступлении нормальных условий
общественной жизни.

Председатель Совета Народных Комиссаров
Владимир Ульянов-Ленин.