- Вы играли в знаменитом матче на "Маракане", когда наша сборная одолела бразильцев - 2:1. Что запомнилось?

- Стычка с Жуниором в середине второго тайма. Столкнулись в борьбе за мяч, бразилец упал. Я наклонился, протянул руку и сказал: "Пардон". А он лягнул меня в лицо. Судья, закрытый игроками, этого не увидел. Я прорычал: "Убью!" И готов был кинуться на Жуниора с кулаками. С трибун сразу полетели петарды. И Бесков от греха меня заменил.

- Вспыльчивый же вы.

- Если на поле кто-то хамил, по ногам косил или маму мою вспоминал, я не прощал. В игре еще сдерживался, зато под трибунами человек за все отвечал. Был в Киеве такой - Бойко. Сначала меня по голеностопам охаживал, следом против Дараселия грубо сыграл. Виталик завелся, полез на него, а я шепнул: "Не здесь. Отлупим его по дороге в раздевалку". В тоннеле догнал Бойко: "Ты чего пацана обижаешь?" И влепил пощечину. А он своей ножищей 48-го размера врезал мне по заднице. Разнимать нас бросился Хинчагашвили, так Бойко и ему навернул. Тот ответил. Началась драка. В конце концов мы с Бойко кубарем скатились к ногам Лобановского. Тут уж милиция подоспела. Растащили.

- А потом?

- Разошлись по раздевалкам. Вскоре появился полковник: "Ахалкаци, Челебадзе, Дараселия и Хинчагашвили - идемте со мной". Зашли в комнату, где сидели Лобановский, Бойко, судья Баскаков, инспектор Якушин и генерал, первый замминистра МВД Украины. "К судейству есть претензии?" - спросили Ахалкаци. - "Никаких", - ответил он и повернулся к Лобановскому: "Валерий Васильевич, в футболе все бывает…" Но генерал заорал: "Замолчите! Этих бандитов сажать надо. Прямо отсюда в камеру везти". И вдруг Лобановский его оборвал: "Успокойтесь и покиньте зал. Мы сами разберемся". Генерал вышел недовольный. А Лобановский продолжил: "Челебадзе, Дараселия, Бойко - встаньте и обнимите друг друга". Мы обнялись, расцеловались. И на этом инцидент был исчерпан.