Четыре часа подряд о–о–очень обстоятельные, о–о–очень дотошные показания молодого активиста Майдана. История страшная: восемь пулевых ранений, последняя баррикада на Институтской, выжил чудом, четыре операции, инвалидность. Но на суде та–а–ак медленно, та–а–ак детально все описывал, что выдохлись даже адвокаты "Беркута", хотя они товарищи активные. "Ответьте "да" или "нет", не надо подробно!!!" – стонала под конец защита беркутовцев.

И тут появляется второй потерпевший. Дядько з Полтави, 60 років. Простой, как угол дома: "та нє", "ну да", "ага". Ура, короче. Такого загнать – раз плюнуть. Але. Полтава то є Полтава, там шось свое диковинное вырастает. "Ну вот же, вот!" – адвокат беркутовцев тычет дядьке распечатки фоток, где у майдановцев охотничье ружье. "Не бачив", – дядька пожимает плечами. Тогда защита переходит к коронному:

Адвокат "Беркута": Вы сами решили ехать или вас кто–то организовал?

Дядько з Полтави: Ну там ребята ехали, эт самое, на автобусе. Меня пригласили. Поехали.

Адвокат: А где вы нашли этих ребят?

Дядько: Ну знакомые наши.

Адвокат: Каким образом он предложил вам? Обещал вам какую–то оплату?

Дядько: Предложение прозвучало такое, шо на Новый год приезжает Пинк флоид. Ансамбль. Английский. Ну то ж мы поехали. Решили посмотреть.

Адвокат: Вы на Pink Floyd ехали???

Дядько: Ну да.

Адвокат: Чего ж вы не оказались на Pink Floyd???

Дядько: Оказался. Мы приехали.

Адвокат: Так вы на Майдане были или на Pink Floyd???

Дядько: Пинк флоиды посмотрели... Но они уехали. А я остался.

Судья (под хохот в зале): Мы уважаем ваш музыкальный выбор.

Дядька (смущаясь): Ну шо, красиво было… Лазеры там такие светили… Интересно.

––––
К слову, дядька – Александр Александрович Тонских – первым вышел на полупустую Инститскую рано утром 20 февраля. Дошел до последней баррикады вверху. Под шквальным пулевым огнем пытался разжечь костер, чтобы дым мешал силовикам прицельно стрелять. Пуля калибром 7,62 мм пробила ему плечо, легкое и остановилась в сантиметре от сердца. Экспертиза установила, что пуля, изъятая из его тела, была выпущена из автомата Калашникова, закрепленного за одним из беркутовцев, который сбежал в Россию.