Юлия Латынина пишет:
Я считаю, что самую большую и необратимую победу над Путиным не только вообще в Украине, но и в мире одержал человек, которого зовут Андрей Владимирович Коболев. Я не уверена, что всем вам известно это имя. Это человек, который сразу после Майдана возглавил Нафтогаз Украины. Он и до этого работал в Нафтогазе, а еще до этого он работал в PriceWaterhouse.
Я напомню, что Нафтогаз – это, вот, как Газпром в России, царский бизнес. Из песни слова не выкинешь, разные злые языки намекают, что в свое время Юлия Тимошенко подписала известный контракт о поставках газа на Украину с Путиным, потому что, якобы, получала с каждой тысячи кубов откат. А Янукович в свою очередь посадил ее потому, что как только он пришел к власти, он решил, что этот откат теперь положен ему.
В любом случае… Понимаете, там действовал очень простой принцип. Поскольку объем откатов с поставок газа определяется объемом потребления, то объем потребления надо было стимулировать. Стимулировалось это за счет слов, святых слов о помощи населению, потому что тарифы для населения и предприятий различались и в 3, и в 15, а бывало и в 20 раз. Поскольку счетчиков у населения не было, возникала прекрасная возможность для арбитража. Ну, скажем, господин Фирташ у нас контролировал одновременно ряд химзаводов. А химзавод – это, по сути, фабрика по переработке газа в дорогой конечный продукт. И одновременно ряд облгазов, которые поставляли газ на эти заводы.
То есть у господина Фирташа была прекрасная теоретическая возможность поставить на свои заводы бесплатный газ и сказать, что этот газ сожгло нищее население.
В общем, в итоге Украина производила 20 миллиардов кубометров газа, еще 50 на пике импортировала из России, сидела на газовом кукане так, что не слезть. Нафтогаз имел ежегодную дыру в 100 миллиардов гривен – всё это под предлогом заботы о трудящихся.
Да! И вишенка такая на торте. Поскольку трудящиеся бедные, они же нуждаются в бесплатном газе, то газовые производители Украины тоже должны были поставлять газ Нафтогазу Украины практически бесплатно. Собственно, это убивало на корню экономику национальной добычи и, соответственно, укрепляло зависимость от России.
Поэтому, в общем, в Кремле всегда считали, что Украина с этой иглы соскочить не соскочит никогда, что ее можно вертеть на газовой трубе как хотим. И, собственно, с 2005 года это опытным путем подтверждалось. Потому что как мы эту Украину ни вертели, она с нее не соскакивала – только глубже садилась.
И вот, что делает Коболев. Ну, естественно, он делает это с санкции Яценюка так, что вот это, вот, действительно, реформа правительства. Во–первых, они уравнивают тарифы. Они это делают в 3 этапа. Сейчас должен был быть второй этап 1–го апреля. Но Яценюк, которого сейчас отправляют в отставку, не стал делать этот новый этап, оставил этот подарок следующему премьеру. Ну, в общем, это уже практически неизбежно, да? Главное сделано.
Кроме того, поднимаются внутренние закупочные цены на газ, то есть добыча газа в Украине становится рентабельной. А самое главное, Украина начинает покупать газ из Европы.
Я вам доложу, это было очень нелегко, потому что там было 2 проблемы. Проблема первая – физика. Доставить этот газ можно по одному единственному месту в большом размере – это по реверсу из Словакии. А там между украинским Ужгородом и Вельке–Капушаны, соответственно, лежат 4 трубы, причем все они опечатаны Газпромом, что противоречит европейскому уже третьему энергетическому пакету. И, соответственно, когда стали… Украинцы пришли и сказали «Ну что ж это такое? Это же противоречит вашим же европейским соглашениям». Европейцы замахали руками «Ой, господи, только не трогайте Газпром, Газпром нам сделает «бо», и вообще сделать ничего невозможно». Нафтогаз взял и построил пятую трубу, физически. 27 километров они построили, причем, насколько я понимаю, из такого сушеного дерьма, что сначала у них там даже не было нормальных объемов прокачки.
Но! Еще ж в эту трубу надо было газ закачать – тут тоже возникло, что европейцы сказали «Да что вы, что вы! У нас рынка газа нет. У нас только вот это всё по долгосрочным контрактам, и вообще Газпром. Вы только не обижайте Газпром». Это и чиновники говорили. Это и частные компании говорили. Насколько я понимаю, замечательная немецкая компания Ион, так, скосив глаза, стала говорить «Ой, вы знаете, у нас, кажется, тут газа нету». Ну и, естественно, при этом намекала… Сделала страшные глаза и говорила «Ну, Газпром же!»
А потом им продала норвежская Statoil. У них же Газпрома нету. Потом Газпром начал против Нафтогаза новую газовую войну. Значит, наши чиновники заявляли, что там накажут Словакию, что накажут всех, кто поставляет этот газ. Искусственно была ограничена подача газа в Европу, что в Европе возник дефицит газа, чтобы она, значит, не делилась с этой проклятой Украиной.
Более того, там была попытка физически воспрепятствовать поставкам газа, потому что из страны в страну газ идет по интерконнектору, значит, Газпром занимает интерконнектор, гоняет свой же газ из Германии в Чехию, из Чехии в Словакию, из Словакии в Австрию, из Австрии в Германию. Да? Его физически невозможно, получается, поставить на Украину.
Результат: Нафтогаз переплатил прошлой зимой за газ около 300 миллионов долларов. В противном случае он переплатил бы где–то 3 миллиарда. Газпром за время этой газовой войны понес убытки в 6 миллиардов долларов. Собственно, на этом всё и кончилось.
То есть в тот самый момент, когда под Дебальцево и Иловайском замыкались котлы, вот, Коболев устроил Газпрому полное Ватерлоо. То есть чтоб были понятны размеры бедствия, в 2015 году в этом вот экспорт российского газа в Европу составил около 170 миллиардов кубов. Вот, еще раз, в лучшие годы Газпром в Украину поставлял 50 миллиардов, в последние годы, конечно, меньше (40, потом 30) по цене выше европейской. Вот, хваленая Сила Сибири, когда ее выстроят, если ее выстроят за 60 миллиардов долларов, будет поставлять в Китай 40 миллиардов кубов.
То есть в итоге Украина сейчас добывает 20 миллиардов кубов, импортирует зимой еще 10 и ей хватает из–за нормальных тарифов. Соответственно, вот, Кремль зарезал курицу, которая несла золотые яйца, и более того, всухую проиграл развязанную газовую войну.
Кстати, вишенка на торте. Поскольку Нафтогаз перешел на европейский принцип ценообразования, то цена на газовый транзит для Газпрома, который он, правда, еще пока не платит, возросла втрое. То есть, вот, вы понимаете теперь, почему мы начали так вспоминать о Южном потоке. А когда Южный поток накрылся, стали говорить о турецком транзите.